Ученик спросил Бхакти Тиртху Свами: Чему бы вы обучали своих учеников, если бы у вас было время?
Он ожидал, что гурудев обучал бы более глубокому пониманию Радха-Кришна-бхакти, секретам Шримад-Бхагаватам или играм Шри Чайтаньи Махапрабху, но к удивлению ученика, гуру ответил совсем иначе.
Шрила Бхакти Тиртха Махарадж сказал: Если бы у меня было время моих учеников я бы учил: уважать старших, друзей, вайшнавов. Я бы обучал их помогать другим в их служении, учил бы их прощать и забывать чужие ошибки, учил бы их проявлять любовь и сострадание к своим духовным братьям и вайшнавам. Учил бы их с чистым сердцем принимать всех без каких-либо различий.
Беседа Его Божественной Милости А.Ч. Бхактиведанты Свами Прабхупады с господином Раджарао, индийским адвокатом.
Мы можем подумать, это большая проповедь. У нас сейчас тоже есть из этой оскверненной материалистичной культуры святого имени, у нас в нашем обществе тоже есть эта так называемая киртан-мела, когда молодые парни с накачанными мышцами играют на мридангах и юные гопи – юные девушки танцуют вокруг них. И все это под именем Кришна-намы. Почему бы им просто не выйти и не выпить пивка. Делайте это так. Зачем приносить Кришна-наму в это? Зачем притворяться, что вы делаете это для Кришны? И туда же на эти киртан-мелы собирают лучших киртаний, то есть лучших музыкантов означает. Вас приглашают со всего мира. А это означает, что будет конкуренция и они должны улучшать свое представление, более сложным его делать, изысканным. И люди думают: о, по-настоящему классный киртан! А кто поет, какова его духовная жизнь, каково его предание, что у него за служение? Его служение – перемещаться с одного концерта на другой.
«Весь мир наполнен материалистами. Увы! Увы! В них нет ни чистоты, ни правдивости, ни умения владеть умом и чувствами, ни самоконтроля, ни умиротворенности, ни терпения, ни дружелюбия, ни великодушия. Где все мои искренние, близкие друзья, захваченные последователями Кали?! Быть может, они скрываются в уединении?! Смогли ли они найти место, свободное от влияния Кали? Нет, такое место в этот век представить себе невозможно!




Когда Шукле Гупте было всего полтора года и она еще толком не умела говорить, она часто брала на руки подушку или полено и начинала баюкать, словно маленького ребенка. «Ребенка» она звала «Мину» и уверяла, что это — ее дочь.