Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Встреча Абхай Чарана со Шрилой Бхактисиддхантой Сарасвати

"Не было и не будет во всем мире благодетелей, которые превзошли бы в своем величии Чайтанью Махапрабху и Его преданных. «Блага», предлагаемые другими – ложны; они несут больше вреда, нежели пользы, тогда как Махапрабху и Его последователи дают величайшее благо, истинное и вечное, причем не для какой-то одной страны, в ущерб другой, а для всей Вселенной." Шрила Бхактисиддханта Сарасвати.

Нарендранатх Маллик, друг Абхая, настаивал. Он хотел, чтобы Абхай увидел садху из Майяпура. Сам Нарен и его друзья уже встречались с этим садху в его ашраме*, расположенном неподалеку, на Ультаданга-Джанкшн-Роуд, и сейчас их интересовало мнение Абхая. В кругу друзей Абхай был признанным лидером, поэтому, если бы он высоко оценил приезжего садху, то это придало бы веса мнению остальных. Абхай не хотел идти, однако Нарен настаивал.

Они спорили посреди тротуара на переполненной прохожими вечерней улице, по которой с шумом двигались конные экипажи, повозки, запряженные быками, редкие такси и автобусы. Нарен крепко схватил друга за руку и тащил его вперед, но Абхай, улыбаясь, упрямо тянул в другую сторону. Нарен убеждал Абхая хотя бы ненадолго зайти в ашрам - он находился совсем неподалеку, в нескольких кварталах, но Абхай только смеялся и просил отпустить его. Для прохожих два молодых человека представляли собой любопытную сцену: симпатичного юношу, одетого в дхоти и белую курту из кхади, куда-то тащит за руку его друг. Нарен объяснял, что этот садху, Шрила Бхактисиддханта Сарасвати, был вайшнавом и великим преданным Господа Чайтаньи Махапрабху. Один из его учеников-санньяси посетил дом Малликов и пригласил их на встречу со Шрилой Бхактисиддхантой. На Малликов встреча произвела огромное впечатление.

Но Абхай был настроен довольно скептически:

— Нет-нет! Знаю я всех этих садху, — говорил он. – Я не пойду.

В детстве Абхай видел немало садху - его отец ежедневно приглашал домой, по меньшей мере, трех или четырех. Многие из них были обычными попрошайками, а некоторые даже курили ганджу. Гоур-Мохан был очень великодушен и приглашал к себе всякого, кто носил шафрановую одежду санньяси. Но разумно ли считать попрошайку или курильщика ганджи святым только потому, что на нем одеяние санньяси, или потому что он собирает пожертвования на строительство монастыря, или красиво говорит? Нет. В общем и целом, они вызывали разочарование. В одном квартале с Абхаем жил человек, который был профессиональным попрошайкой. Утром, когда все надевали рабочую одежду и шли на работу, этот человек облачался в шафран и выходил на улицу просить милостыню, зарабатывая тем себе на жизнь. Неужели этот так называемый садху стоит того, чтобы его посещать, словно он гуру?

Нарен же, казалось, чувствовал, что этот садху – великий ученый, и пытался убедить Абхая хотя бы раз встретиться с ним, а уж потом делать выводы. Абхай долго просил Нарена не уговаривать его, но в конце концов сдался. Они прошли мимо джайнского храма Парснатх до дома №1 на улице Ультаданга, на котором висела табличка «Бхактивинод-Асана», означавшая, что это помещение принадлежит Гаудия-Матху.

Стоящий у дверей молодой человек сразу же узнал г-на Маллика, который недавно дал Матху пожертвование, и сразу же проводил их на крышу второго этажа, где в тишине и прохладе раннего вечера сидел Шрила Бхактисиддханта Сарасвати с несколькими учениками и гостями.

Шрила Бхактисиддханта Сарасвати держался очень прямо, и казался высоким. Он был строен, руки имел длинные, а кожу — светло-золотистую. Он носил круглые бифокальные очки в простой оправе. Его нос был острым, а лоб – широким; он производил впечатление ученого, но совсем не казался робким. Вертикальный знак вайшнавской тилаки* у него на лбу был хорошо знаком Абхаю, равно как и одеяние санньяси, наброшенное на правое плечо и оставлявшее левое плечо и половину груди открытыми. Его шею украшали бусы из туласи, а на шее, плечах и предплечьях можно было заметить всё ту же вайшнавскую тилаку. Ослепительно-белый брахманский шнур обвивал его шею и пересекал грудь. Абхай и Нарен, воспитанные в вайшнавских семьях, сразу же распростерлись в поклоне при виде почтенного санньяси. Не успели два друга подняться и сесть, как Шрила Бхактисиддханта без околичностей сразу же обратился к ним:

— Вы образованные молодые люди. Почему вы не проповедуете послание Господа Чайтаньи Махапрабху по всему миру?

Абхай не поверил своим ушам. Они еще даже не успели обменяться мнениями, а этот садху уже говорил им, что они должны делать. Сидя лицом к лицу со Шрилой Бхактисиддхантой Сарасвати, Абхай пока только пытался собраться с мыслями и разобраться в ситуации, а этот человек уже велел им стать проповедниками и путешествовать по всему миру!

На Абхая это сразу же произвело сильнейшее впечатление. Но он не собирался отказываться от своего интеллигентского скептицизма. Более того, слова садху вызвали у Абхая несколько вопросов. Своей одеждой Абхай уже продемонстрировал свою принадлежность к движению Ганди, и у него появилось желание возразить. Тем не менее, по мере того, как Абхай слушал Шрилу Бхактисиддханту, он чувствовал, как его расположение к нему возрастает. Он увидел, что Шрилу Бхактисиддханту, кроме Господа Чайтаньи, ничто не интересует и понял, что именно в этом заключается его величие. Поэтому к нему и тянулись люди; поэтому и сам Абхай привлекся, поэтому и был вдохновлен и покорен им и хотел слушать снова и снова. Но чтобы установить истину, он считал своим долгом вступить в спор.

Абхая неодолимо тянуло устроить дискуссию в ответ на слова, сказанные Шрилой Бхактисиддхантой в первые мгновения их встречи.

— Кто будет слушать послание Чайтаньи? — спросил Абхай. — Индия — зависимая страна. Прежде всего нам необходимо обрести независимость. Как можем мы распространять индийскую культуру, находясь под гнетом Британии?

Абхай спрашивал без дерзости и высокомерия, но в его вопросе отчетливо звучал вызов. Если принимать предложение святого всерьез — а в поведении Шрилы Бхактисиддханты пока не было ничего, что указывало бы на его несерьезность, — Абхаю нужно было обязательно спросить, как можно предлагать такое, когда Индия зависима.

Тихим, глубоким голосом Шрила Бхактисиддханта ответил, что сознание Кришны не обязано ждать, пока в политике Индии произойдут перемены; не зависит оно и от того, кто управляет страной. Сознание Кришны так важно —исключительно важно, — что не может ждать.

Абхай был потрясен его смелостью. Как он мог говорить такое? Весь индийский субконтинент, за исключением этой маленькой крыши на Ультаданге, был охвачен волнениями и, казалось бы, поддерживал то, о чем говорил Абхай. Многие влиятельные лидеры Бенгалии, многие святые, образованные и духовные люди, даже сам Ганди — все они могли задать тот же самый вопрос, оспаривая уместность и своевременность предложений этого садху. Он же отметал все это как что-то совсем незначительное.

Шрила Бхактисиддханта продолжал:

— Власти всегда сменяли друг друга, они временны; но вечная реальность — это сознание Кришны, а истинное «я» — это душа. Поэтому никакая созданная людьми политическая система не может по-настоящему помочь человечеству. Таково мнение ведических Писаний и цепи духовных учителей. Каждый человек — вечный слуга Бога, но когда он начинает считать себя временным телом, а свою нацию — объектом поклонения, он падает жертвой иллюзии. Лидеры и последователи мировых политических движений, включая движение Сварадж, просто культивируют эту иллюзию. Истинная благотворительность, как на индивидуальном, так и на общественном, политическом уровне, призвана помочь человеку подготовиться к следующей жизни и восстановить его вечные отношения со Всевышним.

Шрила Бхактисиддханта Сарасвати много раз подчеркивал эти идеи в своих работах:

Не было и не будет во всем мире благодетелей, которые превзошли бы в своем величии Чайтанью Махапрабху и Его преданных. «Блага», предлагаемые другими – ложны; они несут больше вреда, нежели пользы, тогда как Махапрабху и Его последователи дают величайшее благо, истинное и вечное, причем не для какой-то одной страны, в ущерб другой, а для всей Вселенной. Доброта, которую проявил Шри Чайтанья Махапрабху ко всем дживам*, навсегда освобождает их от всех желаний, неудобств и несчастий… Эта милость не порождает зла, и дживы, получившие ее, не падут жертвами зла этого мира.

Внимательно слушая аргументы Шрилы Бхактисиддханты Сарасвати, Абхай вспомнил одного бенгальского поэта, который писал, что даже менее развитые цивилизации, такие как Китай и Япония, в отличие от Индии, были политически независимы. Абхай хорошо знал философию национализма, которая подчеркивала, что независимость Индии должна стоять на первом месте. Угнетение и уничтожение британцами невинных граждан было реальностью, а значит, независимость несет людям благо! А духовная жизнь – это роскошь, которую можно позволить себе только после обретения свободы. А в настоящий момент единственно необходимое духовное движение - это национально-освободительное движение Сварадж. Народное движение и есть Бог!

Но то, что Абхай вырос в семье вайшнавов, позволило ему по достоинству оценить сказанное Шрилой Бхактисиддхантой. Абхай уже понял, что Бхактисиддханта Сарасвати не был одним из множества «сомнительных» садху - в его словах звучала истина. Этот садху не выдумывал своей философии, он не был ни гордым, ни воинственным, хотя проповедь его разбивала практически все остальные философии. Он говорил о вечных учениях ведических Писаний и мудрецов, и Абхаю нравилось слушать его.

Иногда Шрила Бхактисиддханта говорил на английском, иногда на бенгали, и время от времени цитировал санскритские стихи из Бхагавадгиты, рассказывая о Шри Кришне как о величайшем и истинном источнике ведического знания. В «Бхагавадгите» Кришна говорит, что человек должен оставить все религиозные обязанности и предаться Ему, Верховной Божественной Личности (сарва-дхарман паритьяджья мам экам шаранам враджа). Это подтверждается и в «Шримад Бхагаватам»: дхарман проджджхита-кайтаво ‘тра парамо нирматсаранам сатам - все остальные формы религии не чисты и потому должны быть отвергнуты. Нужно следовать только бхагавата-дхарме* - выполнять свои обязанности для удовольствия Верховного Господа. Проповедь Шрилы Бхактисиддханты была настолько обоснованной, что всякий, кто принимал шастры, вынужден был согласиться с его выводами.

Современные люди безбожны, говорил Бхактисиддханта, они потеряли веру в то, что преданное служение может решить все проблемы, даже на политической арене.

Он подверг резкой критике всех, кто, не имея знаний о душе, претендовал на положение лидеров. Он даже упомянул имена современных политических деятелей, указав на их заблуждения. Бхактисиддханта подчеркивал, что необходимо срочно просвещать людей при помощи духовного знания, знания о вечной душе, ее взаимоотношениях с Кришной и преданном служении — знания, которое принесет величайшее благо всему человечеству.

Абхай всегда помнил о поклонении Господу Кришне и о Его наставлениях, запечатленных в «Бхагавадгите». Его семья следовала Господу Чайтанье Махапрабху, миссии которого отдал себя и Бхактисиддханта Сарасвати. Как и члены Гаудия-Матха, Абхай поклонялся Кришне всю жизнь и никогда не забывал Его. Но сейчас, услышав столь блестящую проповедь философии вайшнавов, Абхай был потрясен. Он не забывал Кришну, несмотря на учебу в колледже, семью, национальное движение и прочие дела, но слова Бхактисиддханты Сарасвати раздули тлевший в нем огонь его изначального сознания Кришны с новой силой, и благодаря словам этого духовного учителя, Абхай уже не просто помнил Кришну, но чувствовал, что его сознание Кришны усилилось в тысячу, в миллион раз. То, что он не мог выразить, когда был ребенком, то, что еще очень смутно чувствовалось в Джаганнатха Пури, то, от чего Абхая отвлекала учеба в колледже и то, что как зеницу ока берег в нем его отец, сейчас проснулось в груди Абхая сильнейшим ответным чувством, которое он хотел сохранить. Он видел, что побежден, но ему это нравилось. Он помнил, что никогда в своей жизни не терпел поражений, но это поражение не было потерей. Напротив, это был огромный выигрыш.

Шрила Прабхупада: Я вырос в вайшнавской семье, поэтому я смог понять его проповедь. Конечно, он говорил, обращаясь ко всем, но во мне он нашел что-то особенное. Меня же убедили его аргументы и стиль его проповеди. Я был просто ошеломлен. Я понял: он — именно тот человек, который может донести до других истинное понимание религии.

Было уже поздно. Абхай и Нарен беседовали с садху больше двух часов. Один из брахмачари положил им в ладони по кусочку прасада, они встали, поблагодарили и попросили разрешения уйти.

Друзья спустились по лестнице и вышли на улицу. Уже стемнело. Кое-где горели фонари, и некоторые магазины еще работали. Абхай, глубоко удовлетворенный, обдумывал только что услышанное. На него произвели глубокое впечатление слова Шрилы Бхактисиддханты о том, что движение независимости – временное и несовершенное средство. Теперь Абхай чувствовал себя скорее последователем Шрилы Бхактисиддханты, нежели националистом. Ему пришло в голову, что было бы гораздо лучше, если бы он не был женат. Этот великий святой просил его проповедовать. Абхай мог бы немедленно присоединиться к нему, но оставить семью было бы для него, как для семьянина, неоправданным поступком.

Когда они немного отошли от ашрама, Нарен повернулся к другу:

— Ну, что, Абхай, каково твое впечатление? Что ты о нем думаешь?

— Он удивительный человек! — ответил Абхай. — Послание Господа Чайтаньи в надежных руках.

Шрила Прабхупада: Я сразу же принял его своим духовным учителем. Не формально, а в сердце. Я думал, что встретил удивительного святого.

После первой встречи со Шрилой Бхактисиддхантой Сарасвати, Абхай стал больше общаться с преданными из Гаудия-Матха. Они дали ему книги и рассказали о жизни своего духовного учителя.

Шрила Бхактисиддханта Сарасвати был одним из десяти детей Тхакура Бхактивиноды, великого гуру вайшнавов, который стоял в преемственности учителей, начавшейся от Самого Господа Чайтаньи. До прихода Бхактивиноды в этот мир, учение Господа Чайтаньи постоянно искажалось самозваными учителями и всевозможными сектантами, которые, считая себя последователями Господа Чайтаньи, сильно отклонялись от Его наставлений. Доброе имя вайшнавизма было запятнано. Но Тхакур Бхактивинода используя свои многочисленные литературные труды и свое положение высокопоставленного правительственного чиновника, восстановил честь вайшнавизма. Бхактивинода утверждал, что наставления Господа Чайтаньи, будучи высшей формой теизма, предназначены не для какой-то отдельной религии или нации, но для людей всего мира. Он предрек, что учение Господа Чайтаньи распространится по всему миру, и сам трудился ради этой цели.

Религия, которую проповедовал Махапрабху, универсальна и предназначена для всех. Принцип киртаны как основы будущей церкви, которая объединит весь мир, предназначен для духовного воспитания и возвышения всех людей, независимо от их касты или рода. Придет время, и эта церковь займет место сектантских церквей, мечетей и храмов, которые изгоняют посторонних от своих оград.

Господь Чайтанья пришел не для того, чтобы освободить горстку индусов. Напротив, Его главной целью было освобождение всех живых существ во всех странах, по всей Вселенной, а также проповедь Вечной Религии. В Чайтанья-Бхагавате Господь Чайтанья говорит:

— Мое имя будут повторять в каждом городе и в каждой деревне.

Нет сомнений, что это пророчество исполнится... Хотя на Земле еще нет чистого общества вайшнавов, я уверен, что пророческие слова Господа Чайтаньи сбудутся весьма скоро. Почему нет? Ничто не бывает абсолютно чистым в начале. Из несовершенства восстанет чистота. О, когда же настанет этот день, когда счастливые англичане, русские, немцы и американцы возьмут флаги, мриданги и караталы и выйдут с киртаной на улицы своих городов. Когда же придет этот день?

Тхакур Бхактивинода занимал ответственный правительственный пост верховного судьи. Кроме того, он состоял управляющим храма Господа Джаганнатхи и был отцом десяти детей. Но несмотря на занятость, он неутомимо работал над исполнением миссии Кришны. Вечером, вернувшись домой с работы, он ужинал и около восьми часов ложился спать, а в полночь поднимался и до утра писал книги. За свою жизнь он написал более ста книг, и многие из них – на английском языке. Вместе с Джаганнатхой дасом Бабаджи и Гауракишорой дасом Бабаджи он открыл точное место рождения Господа Чайтаньи в Майяпуре, приблизительно в ста километрах от Калькутты.

Работая над реформой гаудия-вайшнавизма в Индии, он молился Господу Чайтанье:

– Твое учение сильно обесценилось. У меня нет сил восстановить его.

Он просил Господа послать ему сына, который поможет ему в проповеди. Когда 6 февраля 1874 года в Джаганнатха Пури у Бхактивиноды Тхакура родился Бхактисиддханта Сарасвати, вайшнавы сочли это событие ответом на молитвы его отца. Когда он родился, пуповина обвивала его шею и пересекала грудь, как священный шнур, который носят брахманы. Родители назвали его Бимала-Прасадом.

Когда Бимале было шесть месяцев, праздничные колесницы Джаганнатхи остановились у ворот дома Бхактивиноды, и в течение трех дней их не могли сдвинуть с места. Жена Тхакура Бхактивиноды поднялась с младенцем на колесницу и подошла к Божеству Господа Джаганнатхи. Неожиданно младенец протянул руки и коснулся стоп Господа, и сразу же получил от Него благословение в виде гирлянды, которая упала с Его тела. Узнав об этом, Бхактивинода Тхакур понял, что обрел, наконец, сына, о котором молился.

Однажды, когда Бимала-Прасад был еще четырехлетним ребенком, отец мягко упрекнул его за то, что тот съел манго, которое еще не было предложено Господу Кришне. Хотя Бимала был еще маленьким, он посчитал себя оскорбителем Бога и дал обет никогда больше не есть манго. (Этому обету он следовал всю жизнь). К семи годам Бимала-Прасад уже выучил наизусть всю «Бхагават-гиту» и даже мог толковать некоторые стихи. Отец его, в то время издававший вайшнавский журнал «Саджана-тошани», обучал сына корректуре и типографскому делу. Вместе с отцом Бимала посетил множество святых мест, где слушал лекции ученых пандитов*. Будучи студентом, Бимала-Прасад предпочитал вместо учебников читать книги своего отца,. Но, несмотря на это, к двадцати пяти годам он прекрасно знал санскрит, математику и астрономию. Он написал и опубликовал множество журнальных статей и даже одну книгу, «Сурья-сиддханта», за которую ему присвоили титул «Сиддханта Сарасвати», в знак признания его эрудиции. Когда Бималу исполнилось двадцать шесть, Бхактивинода посоветовал сыну получить духовное посвящение у отрешенного святого вайшнава, Гауракишоры даса Бабаджи, который велел ему «проповедовать Абсолютную Истину и оставить все остальные занятия». Получив благословение Гауракишоры даса Бабаджи, Бимала-Прасад (теперь уже Сиддханта Сарасвати) решил посвятить свое тело, ум и речь служению Господу Кришне.

В 1905 году Сиддханта Сарасвати принял обет произнести Харе-Кришна-мантру один миллиард раз. Поселившись в соломенной хижине в Майяпуре, недалеко от места рождения Господа Чайтаньи, он день и ночь повторял Харе-Кришна-мантру. Раз в день он варил рис в глиняном горшке и больше ничего не ел. Спал он на голой земле, а во время дождя, когда вода просачивалась через соломенную крышу, продолжал повторять мантру, сидя под зонтиком.

В 1911 году, когда его старый отец сильно заболел, Сиддханта Сарасвати бросил вызов псевдо-вайшнавам, утверждавшим, что необходимым условием для того, чтобы проповедовать сознание Кришны, было рождение в их касте. Общество кастовых брахманов было недовольно тем, что Тхакур Бхактивинода представил множество цитат из Священных писаний, доказывающих, что любой человек, независимо от происхождения, может стать вайшнавом и брахманом. Чтобы доказать более низкое положение вайшнавов, смарта-брахманы* организовали дискуссию на эту тему. От имени заболевшего отца юный Сиддханта Сарасвати написал статью «Различие между брахманом и вайшнавом» и прочёл ее отцу. Несмотря на болезнь, Тхакур Бхактивинода очень обрадовался, услышав аргументы, которые не оставляли камня на камне от философии смарт.

После этого Сиддханта Сарасвати поехал в Миднапор, где на трехдневный диспут собрались пандиты со всей Индии. Смарта-пандиты, говорившие первыми, заявляли, что родившийся в семье шудр*, даже получив посвящение у духовного учителя никогда не сможет очиститься, чтобы выполнять брахманические обязанности, поклоняться Божествам или давать посвящение ученикам. В конце предоставили слово Сиддханте Сарасвати. В первую очередь он процитировал множество ведических текстов, прославляющих брахманов, что доставило ученым смартам большое удовольствие. Но когда он приступил к обсуждению качеств, которыми должен обладать человек, чтобы называться брахманом; когда он заговорил о качествах вайшнава, о том, как связаны между собой брахман и вайшнав, и о том, кто, согласно ведическим текстам, достоин быть духовным учителем и принимать учеников, от радости противников вайшнавизма не осталось и следа. Опираясь на Священные Писания, Сиддханта Сарасвати неопровержимо доказал, что человек, родившийся шудрой, но при этом проявляющий качества брахмана, должен считаться брахманом, а его происхождение в расчет не принимается. Но если человек родился в семье брахмана, а ведет себя, как шудра, тогда он не брахман. Когда Сиддханта Сарасвати закончил речь, его, под одобрительные крики тысяч слушателей, поздравил председатель собрания. Это было триумфом вайшнавизма.

С уходом отца, в 1914 году, и духовного учителя, в 1915, Сиддханта Сарасвати продолжил миссию Господа Чайтаньи. Он возобновил издание «Саджана-тошани» и основал типографию «Бхагват-Пресс» в Кришнанагаре. Затем, в 1918 году, в Майяпуре, он, сидя перед изображением Гауракишоры даса Бабаджи, принял посвящение в санньясу. Во время посвящения он принял титул санньяси «Бхактисиддханта Сарасвати Госвами* Махараджа». Для Бхактисиддханты Сарасвати важным инструментом массового распространения сознания Кришны был печатный станок. Он называл его брихад-мридангой — большой мридангой. По традиции, идущей еще со времен Господа Чайтаньи, на мриданге играли во время киртаны. Хотя Бхактисиддханта Сарасвати сам руководил группами киртаны и посылал группы преданных выходить с пением Святого имени на улицы, такие киртаны были слышны только в пределах одного или двух кварталов. Но звук брихад-мриданги, большой мриданги печатного станка, мог разнести послание Господа Чайтаньи по всему миру.

Большинство книг, которые начал читать Абхай, были напечатаны в издательстве «Бхагват-Пресс», основанном Бхактисиддхантой Сарасвати в 1915 году. Оно выпустило «Чайтанья-чаритамриту» с комментариями Бхактисиддханты Сарасвати, «Бхагавадгиту» с комментариями Вишванатхи Чакраварти и, одну за другой, все работы Тхакура Бхактивиноды. Эта литература была духовным наследием, оставленным Господом Чайтаньей Махапрабху, пришедшим в этот мир почти пятьсот лет назад.

С самого детства Абхай был преданным Господа Чайтаньи, и ему была хорошо известна Его биография, запечатленная в широко известных произведениях — «Чайтанья-чаритамрите» и «Чайтанья-бхагавате». Он знал, что Господь Чайтанья был не только примером чистого преданного, распространившего Святое Имя по всей Индии, но был Самим Кришной в объединенном образе Радхи и Кришны. Но теперь Абхай впервые соприкоснулся с великим литературным сокровищем, оставленным близкими спутниками и последователями Господа, и это сокровище, преумноженное великими преданными, было передано по цепи духовных учителей. Ближайшие последователи Господа Чайтаньи: Шрила Рупа Госвами, Шрила Санатана Госвами, Шрила Джива Госвами и другие – написали, опираясь на Веды, множество книг, неопровержимо доказав, что в учении Господа Чайтаньи содержится суть ведической мудрости. Многие из этих книг раньше никогда не публиковались, поэтому Шрила Бхактисиддханта Сарасвати был полон решимости открыть много издательств, чтобы брихад-мриданга звучала во имя всеобщего блага.

Шрила Бхактисиддханта Сарасвати учил главному из наставлений Господа Чайтаньи — тому, что Господь Кришна –Верховная Божественная Личность, а пение и повторение Его Святого Имени превыше всех религиозных обрядов. В другие эпохи люди могли прийти к Богу и другими путями, но сейчас, в эпоху Кали, только пение и повторение «Харе Кришна» может привести к истинному результату. Опираясь на авторитет Священных Писаний, таких как «Брихан-нарадия Пурана» и «Упанишады», Бхактивинода Тхакур указал, что истинным путем к совершенству является именно воспевание маха-мантры: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе. Сам Господь Кришна подтверждает в «Бхагавадгите», что единственный путь, ведущий к достижению Бога – преданное служение: «Оставь любые религии и просто предайся Мне, и Я освобожу тебя от всех последствий твоих грехов. Ничего не бойся».

Абхай знал эти стихи, знал о силе повторения Святого имени, было известно ему и заключение «Гиты». Но сейчас, когда он с жадностью читал произведения великих ачарий*, ему открывалось новое понимание масштабов миссии Господа Чайтаньи, глубина наследия вайшнавской культуры, и он видел, какое величайшее благо она может дать людям этого века, обреченного на страдания и беспокойства.


Добавить комментарий

Яндекс-поиск
vasudeva.ru

Последние комментарии

  • 10.12.2019 08:15
    Скажите, пожалуйста, а это что за лекция или статья, где и когда прочитана, написана? Это Прабхупада ...

    Подробнее...

     
  • 09.12.2019 11:23
    Харе Кришна! Подробно ответили на Вашу электронную почту. Если письма нет, то проверьте папку спам.

    Подробнее...

     
  • 06.12.2019 08:59
    Хотел бы заказать 1 комплект шб в Клайпеду (Литва). Сколько будет стоить в евро?

    Подробнее...

     
  • 03.12.2019 06:49
    Вы меня простите , очень хотелось бы эти книги , это очень важно и у меня просто нет другого варианта ...

    Подробнее...

     
  • 02.12.2019 13:58
    Спасибо большое, я буду ждать

    Подробнее...

Случайные фото

Вход на сайт